Пример высокой морали

Возле моей бывшей работы, на улице Игаль Алон, был расположен публичный дом с хорошей репутацией. Работал он круглосуточно и только на четыре дня в году, хозяйка его закрывала: Судный день, День памяти жертв Холокоста, День памяти павших в войнах Израиля и в День траура 9-го ава.
По нынешним временам, подобное поведение, исключительный пример порядочности и высокой морали, на ка котором можно воспитывать подростающее поколение.

Глава длиной в год



Ох, как летит время - я часто это слышал, в детстве, от покойной бабушки Даши и никогда ее не понимал. В моём представлении время не то что не летело, оно текло, медленно, медленно, иногда затормаживало, останавливалось, шагало на месте. Делало всё, но только никак уже не летело. Мне порой казалось, что время поворачивает назад и идёт вспять. Что я только не на придумывал, размышляя о пространственно -временном континиуме. Точно во мне пропал гениальный физик-теоретик уровня Нильса Бора. Впрочем, я тогда и не знал ни про него, ни про квантовую механику, я и сейчас мало чего знаю. В детстве время шло очень медленно и когда покойный дед Володя обещал меня завтра взять кататься на велосипеде, а для этого надо было сесть в трамвай 2-ого маршрута и ехать-ехать-ехать на Холм Славы, мне казалось, что это завтра не наступит никогда. Оно, Завтра, пряталось от меня, специально задерживало стрелки часов. О том, чтобы поехать с отцом на работу, в конце недели, вообще ни шла речь... Пока пройдёт эта неделя, пока её дождешься, пока каждый вечер ты прослушаешь сначала "На добранич дити", потом "Спокойной ночи малыши", потом тебе надо уснуть,а ты не хочешь и вдруг... ты просыпаешься и уже утро и никак нельзя понять, куда улетели эти часы сна. Тебе не мешает ни свет за окном, ни грохот трамваев по львовской брусчатке, все как-то сообразно в твоей жизни, если солнце, то ты гуляешь, если дождь, то сидишь дома и строишь из деталей конструктора какое-то подобие Эйфелевой башни, только очень разноцветной и спустя годы, я и сам не понимаю, почему у меня в голове закрепился это образ Эйфелевой башни и вообще, откуда тольк он мог возникнуть. Вроде парижан в нашей семье не было, а единственные знания о Франции, будут ограничены книгами Дюма и Гюго, а потом фильмом "Три мушкетера", который и так снимали на улицах Львова. Трудно будет разделить между мифическим Парижем и Львовом, совсем уж знакомой улицей Друкарской.
Как бы-то ни было, год прошел - и астрономический и еврейско-религиозный, как ни считай, с любой точки зрения год закончился.
В машине играет Стромае ""Формидабле" и действительно, по сравнению с прошлым годом всё великолепно, могло быть хуже. Мне как-то очень близок этот парень в своём клипе, когда он пьяный распевает "Формидабле" под проливным бельгийским дождём. Формидабле, формидабль - за год сменил три места работы, поскольку все мои планы на другую, более квалифицированную работу и релокацию, похоронены под скромным и оригинальным памятником бывшего начальника на кладбище Сгула. Я словно тогда предчувствовал, когда хороня его в пятницу, что вскоре вернусь сюда, какое-топ смутное предчувствие, когда я чувствую чужую смерть.
Спустя три недели мы приезжаем с мамой в больницу,в исход субботы. Русский врач говорит, что чего ты привез маму, нечего ей ловить вирусы в нашей больнице, езжайте домой, а приедь завтра и госпитализируешь её снова. Я переоформляю документы - выписка из больницы, несмотря на то, что мама была в ней всего час. Едем домой, ставим ее больничную сумку у входа, всё равно ведь завтра везти ее снова. Она ложиться в постель, включает свой таблет и я слово сейчас вижу её читающей под светом прикроватной лампы. Мне кажется, что в тот именно момент у меня в голове пишутся строки, что я буду вспоминать эту ночь, как последнюю ночь моей мамы в доме. Словно, кто-то, невидимый мне пишет о мне книгу и я чувствую эти строки, пишет мою жизнь и как бы я не говорил о свободе воли, волеизъявление, Автор уже все решил за меня, Всё решено и записано в его Word-е. Спустя полгода, я натыкаюсь на песню "Ты опять переписываешь меня" Лены Касьян и весь вечер прослушваю её, то плача, то смеясь над своей жизнью, над окружающими, над всем этим миром и людьми, которые чего-то там себе возомнили. Потом будет неудачная или удачная операция и при всех чудесах израильской медицины, когда пришивают головы и оперируют нерожденных младенцев в утробе матери, я вдруг осознаю, что в моём случае чуда не будет, сейчас, может завтра, послезавтра, но ни в этот раз. Богата земля Израиля на чудеса, но в другой раз.
Потом будет развал фирмы, одна работа, вторая, третья... Я даже как-то не очень-то и понимаю, что происходит. Я ведь в это время должен уже быть в восточноевропейском филиале, в Варшаве, а вместо этого очередная работа... В столовой, я сажусь за дальний столик, насмешка судьбы - на предыдущей работе - я мог видеть здание газеты, где отработал шестнадцать лет, сейчас здание фирмы, с которой я строил свои большие планы. Всё в прошлом, нет ни печали, ни радости, ни желания, ни долгов, ни сбережений, ни близких, ни дальних... Какая-то стерильная чистота, которой так не хватало в израильской больнице. Какой-то вирус или бактерия... Главное, что всё быстро, мама не мучилась.
В доме непривычно тихо и яркий свет, а я уже писал острый, меня раздражает. В доме спокойно, спокойно в душе. Я прекрасно приспосабливаюсь к жизни один и спокойствия ради даже убираю напоминание о своём ДР из соцсетей. Спокойствие, мир в душе, мир вокруг.
Все, что произошло и произойдёт, это к лучшему, так было и будет всегда. Так и должно быть. Когда я сильно обижался, что забывали о моём ДР, а теперь меня раздражает, если кто-то его вспомнил.
Клип Стромае начинается с подъезжающего желтого трамвая и весь клип он стоит промокший под дождём. Я часто также мок под львовским дождём, но это было так давно, что я уже и не помню. Аможет этого и не было вовсе? Меня всегда утешало то, когда я жил во Львове, что какой бы сильный дождь не шел, какой бы долгий он не был - я приду домой и там будет тепло, формидабле. Поднимусь по лестнице, выйму почту из темно-синего металического яшика и пройду в теплую квартиру. Прошел год, я дома...
Tags:

Опасные посредственности

Между тем, давно перестал комментировать политические и общественные события, но всё-таки стараюсь, хоть издалека, да быть в курсе. И пока холопы бьют друг другу лбы в соцсетях за своего барина, я спокойно размышляю и наблюдаю со стороны. И вот, что я должен заметить, что между Ганцем и Наве, есть много общего, как продуктах израильского общества, обладающих довольно скромными умственными сопособностями, но при этом умудрувшимися сделать головокружительную карьеру в своей среде. Как же такое может произойти или если ты такой умный, то почему не на их месте и считаешь их посредственностями? Я на их месте быть не могу, поскольку чтобы быть на их месте, мне надо стать частью того механизма, в котором эти люди сделали карьерный рост, а при своих данных, я не буду интегральной частью механизма. Средненький генерал, не проведший ни одну из войн и имеющий женушку, с довольно странными политическими предпочтениями, которую не может утихомирить. Довольно провально выступивший в частном бизнесе, как впрочем и его сотоварищ по партии, Габи Ашкенази, вдруг навязываются части общества, как спасители общества. Дамы млеют от генеральских эполет и стареющего плейбоя, затесавшегося в их компанию. Остается непонятно, как они, которые ничем себя не проявили, смогут управлять страной... Надеюсь поживём, но не увидим этого. И кстати, что общего между Наве и Ганцем? Да Эфи Наве, бывший глава израильских юристов, такая же посредственность и страдалец по женским прелестям. Я бы вполне понял, что если бы за избрание на пост судьи, он брал бы взятки на худой конец в деньгах или произведениями искусства, но за секс с дамочкой, не первой свежести, это же полнейший моветон... Ну что такого уж могла ему, мужику с жизненным опытом, могла предоставить отставная юристка полиции? Она всеж-таки не голливудская звезда... На что повелся этот мужичок? На чем он попалился? Да на своей сексуальной озабоченности, когда таскал свою любовницу через границу без паспорта, прячась оз жены, при этом храня свой телефон с записями доме бывшей супруги?! Это многоопытный хитрый юридический лис?! Да это просто несчастный писькострадалец, неудовлетворенный по жизни и готовый за посредственный секс раздавать должности. Саму дамочку, я кстати ни в чем не виню. Многие женщины пользуются тем, чем одарила их природа, короче, тем, что есть... Так идёт из глубокой древности, просто раньше дамочка давала за кусок мяса самому удавшемуся охотнику племени, а тут дала за место судьи. Предполагаю, что это таки система, в юридической области Израиля и вскрыта просто верхушка айсберга.
И тут я подвожу вас к тому, что связывает Ганца и Наве - это посредственности, на которых нанесли внешний лоск. Из одного слепили имидж бравого генерала, который ни на что не способен. Другой, ему под стать, долгие годы выдавал себя за многоопытного юриста.
И оба они представляют опасность, поскольку посредственности опасны, когда добираются до власти и оказываются не на своём месте - вспомните гитлера, неудавшегося художника и Сталина, посредственного семинариста. Посредственности, как магнит, притягивают друг друга и обрастают связями, поклонниками, последователями, ревнителями. Это ж глупость, когда юристы могли диктовать обществу свою волю, выдумывая псевдозаконы, которые сами же и не соблюдают. Общество само себе назначает в управление каких-то неудачников,а потом удивляются, а чего у нас так плохо? Плохо потому, что готовы выбирать престарелого плейбоя, неудавшегося генерала, юристика, которому не дают девки - вот и весь ответ.
И когда настанет День Выборов, я пойду голосовать не за Биби, а против того чтобы посредственности не пришли к власти.

О Моше

Жизнь сталкивает меня с разными людьми и в результате этих встреч, я часто переосмысливаю и свое поведение и отношение к людям. Одним из моих разочарований в Израиле было то, что я сталкивался с религиозными людьми, которые внешне соблюдая традиции, не могли служить примером поведения в жизни. Меня это раздражало, коробило и сама мысль, что религиозный человек ведёт себя недостойно, вызывала во мне, какой-то когнитивный диссонана, как модно сейчас выражаться, пока я не встретил Моше... С Моше мы проработали года два в одной фирме - вечером он был разработчиком программного обеспечения для смартфонов, а по утрам учился в ешиве. Как-то в одном из разговоров, я затронул тему о том, что религиозный человек ведёт себя недостойно и меня это как-то всегда шокирует.
На мою реплику он задал резонный вопрос, кого я считаю религиозным... Я начал пресчислять, что человек носит ермолку, соблюдает кашрут, субботу... В общем, всё то, что кажется мне признаками религиозного человека, как ребёнку, выросшему в антиклерикальном советском обществе. Моше усмехнулся, после чего сказал, что не каждый, кто носит ермолку и соблюдает внешне еврейские законы, являеться религиозным. Мне заныло время это понять... Спустя пару лет, я прихожу к мнению, что люди, некоторые ущербны и не всегда это выражаеться физически, это какая-то внутрення ушербность, боль. Они не способны принять в себе Б0га, его свет и вышли какими-то бракованными и чтобы скрыть свой брак, они пытаються, хотя бы внешне не выделяться среди нормальных людей, как-то замаскировать его внешними атрибутами. Почему Б0г создал их такими и вообще, в чем заключается их место, цель в мироздании, трудно сказать, но они есть и для чего-то существуют. Может они должны исправиться, может служат для исправления нас самих...

Старое стихотворение

На кладбище еврейском тишина
Покрыта снегом древние могилы
И тихо на иврите говорят
Веками собирался наш отряд
Пора домой, в Синайскую пустыню

Странное стихотворение, читал его лет 30 назад, а ведь до сих пор помню. Кто автор не знаю. Наверное, какой-то советский инженер, ошалевший от прикосновения к национальным корням . Из моей пустой головы многое выветрилось, иногда даже забываю содержание любимых книг и даже не знаешь, читать новое или перечитывать старое, а это стихотворение из еврейского самиздата 90-ых годов до сих пор помню. Тогда многие искали свои корни, что евреи, что украинцы и шустрые кооператоры заполняли этот пробел, выпуская самопальные флаги Украины или Израиля, правда путали цвета, где желтый, а где синий - что сверху, а что снизу, ну а на израильском - положении маген-давида.
В Израиля, кладбища, это единственные островки спокойствия. На автомобильных парковках беспорядок, всегда кто-то запаркуется, если не на два места, то косо, а тут идешь - все ровненько, аккуратно чисто. На некоторых могилах надписи - тут покоиться доктор Такой-то, здесь профессор Сякой-то... Словно мне захочется присесть на могилу и сказать: " Уважаемый доктор, не могли бы вы меня проконсультировать по такому-то вопросу...". Иногда надписи повторяются: " Дорогую бабушку, маму, папу, дедушку - любили дети, внуки, соседи"... Ну любили и что дальше? Её нет больше. Всё, любите друг друга, чего писать о том, что было. Иногда на могилах гравируют скрипичный ключ, иногда фотоаппарат... Зачем, если тот кто там уже все отыграл и отснял? Или он больше времени посвящал музыке и фотографии? А может это просто, как знак гильдии. Отдельным участком на израильских кладбищах военные захоронения. Обычно там больше деревьев, чем на гражданских, больше насаждений. Есть удобные скамейки - родителям там удобнее посидеть, когда приходят навестить могилы своих детей, погибших защищая эту страну. Военное, это какое-то кладбище наоборот в Израиле, не дети приходят к родителям, а родители к детям.
С другом шутили, что если умру, то упаси Б0г, вдруг нанесут на могилу изображение Никона, вместо Кенона. Меня же из могилы выбросит, от возмущения. А вообще, прекратить, пора не только ходить на кладбище, хоть и зарекался, но и писать про него.

Маскарад

Хороший фотограф должен уметь сделать портрет такой, чтобы он показал настоящее даже не лицо, а душу модели. Можно снять хорошо, обработать, но настоящий портрет это совсем другое, его надо сначала увидеть, а уж потом сфотографировать.
В спортзале он брутален, подкачался за год и забыл рукав с какой-то цветной татуировкой, с которой, как сказал мой друг-японец ни в одно приличное заведение в Японии не пустят. Двигается между сетами как-то не поймёшь даже как, то дерганно, то плавно, в зависимости от того, какая музыка в данный момент звучит у него из модных безпроводных наушников. При всём этом, наносном облике, столь модном в наше время, за татуировками и мышцами, виден работник IT, которому некомфортно ни в спортзале, ни среди тренажеров и он вообще не знает, что он делает, а главное тут.
Коллега по работе постоянно угрям, вечно недоволен. Не примение случая высказать своё обязательно отрицательное замечание при любом удобном случае. Выходит покурить и курит нервными, затяжками- рывками. Случайно натыкаешься на его фото в социальной сети - улыбчивый человек в обнимку с женой. Закрадывается мысль, а где он настоящий, а где играет свою роль, которая ему комфортна или навязана?
Выпить кофе я выхожу на улицу, хотя так обычно поступают курильщики, которые не могут выпить кофе без сигареты. Большая площадь перед зданием и тремя балконами, которые обрываются вниз к автомобильной парковке. Обычно выбираю "американо" - чем-то напоминает вкус львовского кофе, без сахара и без молока. Становлюсь на один балкон и достаю телефон, чтобы не мешали. Балкон, чем-то напоминает пост, на крепостной стене, а машины - атакующих, накрытых большими щитами - воображение играет со мной. Трудно понять, где я и сам настоящий - здесь, спустя 27 лет эмиграции и репатриации, убедивший себя в том, что так всё и должно было произойти или подросток, идущий вверх по львовской брусчатке с мячом, в двор школы, где когда-то учился Станислав Лем и перед которым впереди интересная и многообещаюшая счастливая жизнь.

Фото из Львова

Спустя много лет, с большой неохотой, я должен буду признать, что все мои фотографии других городов, будут ли отражением того Львова, который я покинул и искал его фрагменты в них. Словно у Роджера Желязны, все миры являются лишь отражением Амбера, так и у меня, все фотографии других городов являются отражением Львова, который существует исключительно в моей памяти, но нигде более. Я буду возвращаться из раза в раз во Львов, меняя технику, подход к съёмке, отрабатывая и отыскивая новые, неизвестные ракурсы, всё больше разочаровываясь и проникаясь злобой и раздражением к городу, самому себе, к несовершенной технике, людям, машинам, дурацким новым зданиям, но в конечном итоге, я уже сейчас прихожу к пониманию, что мои шансы сфотографировать тот Львов, который я хожу, примерно равны возможности сфотографировать мираж, возникающий, в пустыни.
Tags:

Да здравствует северо-корейский ... термос в Киеве

Дожил я до 40 с гаком лет и не знал, что такое томос. Более того, я только мог предполагать, на основании моего опыта и прочитанных книг, что это, наверное, что-то греческое и может имеет отношение к книгам или свиткам.Птому что, если бы звучало тоомос, то скорее это было бы что-то прибалтийское, а томос, наверное греческое. Кстати, я не ошибся. Однако сегодня днём, представитель одного толи народа, толи религии, лидирующего по числу лауреатов Нобелевской премии поздравил меня с этим событием. Сначала я не понял о чем речЬ потому что не понял вообше о чем речь. Птом покопался в путине Интернета и...
После этого я задумался и порадовался за своего земляка львовянина, которому хорошо живеться на земле северно-американских штатов. Сначала он не мог поступить во Львовский ВУЗ при коммунистах, из-за того, что был слишком умный, потом при незалежной власти, потому что не был достаточно национально-свидомый. После этого он эмигрировал в США, прошел свои этапы эмиграции и судя по всему. жизнь у негио наладилась и живется ему там так припеваючи, что кроме передачи и получения томосов, его уже ничего не волнует, главное, чтобы томос был в Киеве. Кстати, что такое томос - это типа почетной грамоты, в которой одини христиане признают других христиан христианами. То есть, какая разница мне еврею и ему, наверное ещё еврею, будет томос в Киеве или на Чукотке - я не знаю. С другой стороны человек поздравил меня, наверное тут был порыв души, нельзя же ему ответить как-то некрасиво и обидеть человека... Чтобы не огорчать прекрасный порыв души бывшего земляка, я недолго думал, как бы, алаверды - вернуть ему поздравление и не нашел ничего более лучшего, чем поздравить его с высадкой северо-корейских космонавтов на Солнце, где сегодня ночью они воздрузили свой стяг, потому что для меня, как еврея, абсолютно индифферентно что такое томос, кто его выписал и кто его получил - это сугубо внутрихристианское дела, которые меня не касаются. Были у меня в друзьях пару недоумков обоего пола, которые публиковали башни Азриэли с тризубом, сбацанные в фотошопе, и после такой публикации, я их тихо и незаметно удалял из списка своих фб-друзей. Почему тихо? Да потому что я пришел в этот мир не делать революции и уж тем более, не учить кого-то жить и что делать с томосоми, тормозами или термосами, кто их там разберёт...

Танго смерти в тени Бандеры и Петлюры

За последний год, мне пришлось переосмыслить много вещей и пересмотреть отношение к многим ценностям. Соответственно подбор литературы, которую я прочитал за год, немного изменился, были новые авторы, старые - фантастика, что-то читал и не дочитал, что-то просто прошло. Одно из интересных книг, прочитанных мной в этом году, была Юрия Винничука "Танго смерти", которую мне рекомендовали, как книгу о львовских евреях. Ожидания от книги у меня были, примерно, как от "Синдрома Петрушки" Дины Рубиной или "Высокого Замка" Станислава Лема. Читал я на украинском языке, поскольку языком ещё владею и думаю, что даже самый лучший период не всегда передаст то, чо хотел сказать автор - какие-то нюансы речи будут теряться. Начало книги меня сначала смутило - какой-то схрон, где прячутся четверо друзей, но затем обрадовало, ах это описание Львова 30-40 ых годов, красивым языком, богато, пышно с такими львовским деталями, этот идеальный период в истории нашего города. Я уже даже начал жалеть, что книга не такая уж и большая по объёму и мне придется ее перечитывать ещё раз, ну как примерно съесть ещё одно пирожное. Дальше началось - интересные поделки четверых подростков, их школьные приключения и проделки, общение с соседями, между соседями - сразу проводится параллель с собственным детством. Взросление, вступление в взрослую жизнь, какая-то работа, описание книжных джунглей, в которые уходит главные герой книги и едаже число героев - четыре, это выстраивается параллель с героями "Трёх мушкетеров". Видимо, чтобы не обидеть никого в книге герои четырёх национальностей - украинец, еврей, поляк и немец. Попутно в книге описывается работа одного из героев в конторе о оказанию ритуальных услуг - красиво, смачно, с юмором и вспоминается "Черный обелиск" Ремарка, но далее начинается страньше и страньше... Герой, такой вот великовозрастный раздолбай, от скуки идёт делать теракт или как его нацывают атентат, по наущению своего дяди. алее начинается ещё странее - в город входят советские войска и тут автор даёт волю всем слухам о орде диких азиатов, которые оккупировали Львов - мерзкая грубая одежда, офицеры с унитазами на головах, чего даже на польских офицерах нельзя было представить. Поляки, надо отдать должное автору, выведены в книге, как оккупанты Львова, которых сменили уж совсем жуткие монстры. Перед этой страшной оккупацией, когда Львов атакуют с двух сторон, все львовяне, в едином порыве героически противостоят монстрам с запада и монстрам с востока, но поражение неминуемо и Львов погружается в ужас советской оккупации.
Репрессии против мирного населения, стукачи и сексоты, разграбление магазинов и советские евреи, которые если надо, то могут, где надо договориться. Как бы подспудно автор проводит линию раздела между евреями пришедшими с востока и теми евреями, которые были местные, галицийские. Короче, варвары взяли Рим или Львов, как кому больше нравиться. Я не отрицаю преступлений коммунизма и расстрелы польских офицеров имели место, но докатываться до рассказов о советских офицерах, крадущих унитазы или берущие воду в оны унитазах, ну как-то омерзительны, на мой взгляд. Даже врага надо уважать.
Потом советы выбиваются из Львова нацистами и начинается резня евреев, автор которой даже не уделил одного абзаца, но не отрицая одного факта, он оправдывает погромщиков тем, что тей, таки довели те, евреи, которые пришли во Львов с советскими войсками в 1939 году.
Далее начинается в книге сплошная кастанедовщина и якобы "танго смерти", это какой-то зашифрованный музыкальный ключ и как главный герой спасает сестру своего друга еврея, предлагая ей креститься, а так с легкостью соглашается. На фоне этого иду кое-какие репрессии против евреев, но автор не особо на это заморачивается. Даже не потрудился выяснить, что с точки зрения иудаизма, человек перешедший в другую религию считается мертвым. Ну куда на фоне не понимания основ еврейской жизни писать о гибели 137.000 львовских евреев? После этого книгу я таки домучил до конца и вряд ли второй за нее возьмусь.
Не интересна она мне намеренным искажением одних фактов и полнейшим игнорированием гибели трети населения города, когда полностью была стерта еврейская культура Галиции.
В общем, надо отдать должное, у автора хороший стиль письма, хорошая речь, интересно пишет и даже для украинца, он хоть набрался смелости, хоть намеком упомянуть, что да, жили во Львове евреи, но вот... исчезли. Почитайте книгу рекомендую, да и у автора есть другие интересные книги, просто, ну не может украинец писать о евреях. И не нужно.
И вот дочитывая эту книгу, пришел я к парадоксальной мысли, что в принципе ничего удивительного, что будущий год в Украине, посвящен Бандере и Петлюре - палачам еврейского народа. Что завтра во Львове демонтируют памятник воинам-освободителям, победителям нацизма, потому что ну не вписыватся в самосознание современного украинца, что его предки, а некоторые живы и до сих пор, никакие не борцы за свободу Украины, а бандиты и убийцы, из которых топорно и неуключе сейчас делают героев для молодой страны и относительно молодой нации. И нет ничего удивительного, что во львовской цитадели. на месте концлагеря, построили фешенебельную гостиницу. Все это в совокупности, отражает тот полнейший бардак, который есть в голове современного украинца.
И называют улицы именами нацистских пособников и учат детей в школе на их примере.
И поэтому прошла у меня малейшая ностальгия по Украине, потому что на фоне их дурдома, всеобщей Кульпарковской, я себя чувствую человеком нормальным и понимаю, что не мог Винничук написать книгу лучше, ну не мог, ибо хорошая речь, не заменят прады и здраости суждения. А книгу почитайте, стоит ради пары страниц того Львова, 30-40 годов, только читая помните, что евреям-студентам в Политехническом институте не давали сидеть во время лекций. Читайте, чего я вам настроение порчу...
Подитожа вышенаписанное, я прихожу к мысли, что книга "Танго смерти" - это книга не о львовских евреях и написано не для евреев, это книга о евреях для украинцах, попытка реабелитации и массового участия украинцев в геноциде евреев. Ну ведь евреи сами виноваты, довели простых хлопцев, когда пришли вместе с советами... И вот такая литература подготовила украинское общество к тому, что будущий год пройдёт под знаком Бандеры и Петлюры.

В поисках ... прошедшего времени.

Он не встретил меня дома. Я привык к тому, что когда возвращаюсь после работы, возле меня крутятся оба кота - Сарочка и Изя. Изя отсутствовал. Проверил все места в квартире, вышел на улицу и умудрился промочить ноги. В добавок, этот балбес, умудрился сорвать с себя ошейник с колокольчиком. Вышел на улицу и обошел дом по периметру. сотовый телефон не подсвечивал и было видно плохо, тем более трава была мокрая после проливного дождя и ноги быстро промокли. Поднялся домой, с тщетной надеждой, что может быть где-то дурачок спрятался, смотрел даже в отделении для стиральной машины, хотя как кот мог его открыть своими лапами, ума не приложу, но где-то же надо искать этого шерстистого гиперактивного недоумка. Изи не было ни где. Прошелся по квартире, разобрал сумку с покупками и под ноги выкатился шарик-погремушка, которые обожает этот кот. О, идея... Снова вышел на улицу и потряс им - сразу раздалось жалобное мяу из под машины, а две темнокожие девчонки-подростка, снимающие друг друга на смартфон, на вечерней улице, пристально посмотрели на меня - в глазах светилась мысль, что старый дяденька, то есть я не сильно дружит с головой - одет, как бомж и ходит по улице гремит погремушкой.. Ну не объяснишь им, что котяра обожает погремушки и все звучащее. Прислушался - шум раздавался из под машины моего домоуправа Маи. Кое-как согнулся, под ноги попал кусок пенопласта, которые сбросили возле подъезда утром и до сих пор не убрали. Вот ведь ирония с утра мены раздражал этот кусок пенопласта, а теперь пригодился и я стоя на нём, заглянул под машину. Кот торчал, верхняя часть из под капота, а хвост и задние лапы были в капоте, вверху. Как он так застрял - я даже и не сразу понял и как его доставать ещё меньше и зачем он полез не то, что под машину, а в саму машину. Пришлось снова подниматься, вытаскивать уставшую соседку из квартиры, которая не могла понять, чего мне понадобилось, чтобы она отрыла свой капот в девять часов вечера и чего я к ней пристал с котом. Часть соседей, считает, меня деликатно странным, из-за того, что я уделяю котам внимание - подкармливаю их. Пока мы спустились вниз, кот, самостоятельно вылез из моторного отделения, но сидел под машиной и вылазить оттуда не собирался. Жалобно орал - был перепуган, он за полгода улицу видел только из окна. Попросил завести машину - испуганный Изька ломанулся из-под неё. Заскочил под другую машину, но ближе к краю. Снова ложусь на пенопласт, засовываю руку и вытаскиваю дрожащего кота. Как в эом мире все целесообразно придумано - с утра я был злой, что кто-то купив то ли холодильник, то ли новую стиральную машину, не удосужился выбростиь пенопласт в мусор и он валяется возле входа и мне придется его собрать и выбросить самому, а теперь - ну как вовремя он нашелся... Иду вверх по лестнице - на лестничной площадке разговаривают наша домоуправ, владелица автомобиля, и почетная пенсионерка Бетя, которая возмущена поведением соседки, сделавшей ей замечание за громко-работающий телевизор.
Мая отвечает, что есть ещё более странные люди - сосед с четвертого этажа возмущается водой на лестничной площадке, а чего он ожидал-то, ведь сейчас декабрь и идут дожди - мешает, пускай берет тряпку и сам убирает. Уникальные люди меня окружают, куда не погляди - одной, с ее музыкальным слухом, аж так мешает работающий в квартире старушки телевизор, а бабушка, последняя в нашем районе, как мне кажется, которая ещё застала войну. Ту войну, когда я говорю про войну, то войн было много, Б0г не скупиться на войны для этой страны, но вот меня с соседями объединяет то, что когда я скажу слово война, то мы подразумеваем одну и туже страшную войну. Второй сосед, не менее уникален, когда рассчитывает, что постановлением управдома в доме таком-то, на улице такой-то, под номером таким-то : "Считать месяц декабрь отмененным. Дожди прекратить и заменить регулярными выпадениями манны небесной. Постановлением управдома назначается месяц апрель с такой-то температурой и уровнем осадков. Управдом дома номер N, по адресу" и все исполниться - мы, жильцы дома, будем жить в месяце апреле, а вся страна останеться в декабре.
С котом на руках я подключаюсь к беседе и соглашаюсь, что телевизор не может работать настолько громко, чтобы уж так было слышно, хотя у мамы ... Уже покойной мамы, работал он громко. И тут на меня накатывает, какое-то напряжение, после тяжелой недели, нервотрепки, пропажи и обретения этого тарахтящего кота. Благодарю управдома и говорю ей, что мог бы и сам убрать, если ему уж так приспичило и поднимаюсь с испуганным котом ещё на один этаж, я понимаю, что устал, что сдают нервы, что это мои соседи уже свыше 20 лет и я ужасно постарел, за эти годы... Б0г за что-то ограничил или наказал людей, надел на них наручники из времени и пространства, которые нас сбивают с толку. Мы далеки друг от друга, даже когда близки и нас запутало время, которое, то еле-еле волочиться, плетется своим путём, а потом бац и я обнаруживаю, что прошло 20 с лишним лет, я постарел, рядом не осталось никого, а соседи, в дом, который казалось я вчера вселился, только после армии и полный надежд и планов, вдруг оказались моими соседями уже четверть века, а мои планы слегка повеселили Б0га на верху, на тех облаках, с которых моросит декабрьский дождь.
- Да, спасибо за кота, - благодарю я. - А с крышей все-так и надо чего-то придумать. Там один жаловался. Пойду домой, он орёт.
Захожу в квартиру и спускаю перепуганного дурачка на пол. В горле сухость, какая-то неприятная сладость и нет желания чего-то делать - перенервничал из кота. Сейчас одно желание - нагреть подушку и положить её на больную руку. Грею в микроволновке подушку, укладываю её поудобней на подлокотнике, усаживаюсь в старое кресло покрытое пледом и все напряжение сходит. Всё, я дома и у меня всё хорошо. Боль уходит из руки вместе со страхом, что когда-то рука перестанет действовать. Все было или будет когда-то и я постепенно свыкаюсь с мыслью, что я всегда был один и никого не было рядом, кроме пустой квартиры и двух глупых котов, а всё остальное и остальные люди, мне когда-то приснились. Спокойно засыпаю в кресле с планами с утра выбросить так выручивший меня пенопласт, перед входом, и поехать к маме, на кладбище.

Tel-Aviv 2018